d5e09463

Пантелеев Алексей Иванович (Пантелеев Л) - Портрет



Алексей Иванович Пантелеев
(Л.Пантелеев)
Портрет
Два дня не ел Коська; одну только воду стегал. Вода - она бесплатная.
Ее хоть с утра до ночи пей: на каждом углу фонтан, - нагибайся, поворачивай
крантик и дуй, сколько влезет. Да вот беда - сытости от воды настоящей нет.
Как ни пей, все равно брюхо от голода сводит.
Два дня Коська терпел, а на третий день не выдержал. Все утро шатался
по Слободе, у каждого окошка стучал, скулил:
- Тетенька... миленькая... подайте кусочек!
Но захлопывались окна, задвигались занавески, отвечали Коське:
- С богом, хлопец, с богом.
К полудню свело у Коськи брюхо так, что хоть плачь. Хуже даже. Хоть
топись.
Сходил Коська к знакомым ребятам. Были у него такие знакомые ребята -
кордоновская шпана. Эти ребята были воры, они Коську прогнали.
- Мы, - говорят, - стрелкам не подаем. Воровать с нами не хочешь, ну и
катись Христа ради к чертовой бабушке.
Коська вздохнул, ничего не сказал, не обиделся и пошел опять на фонтан
воду пить. По дороге идет, окурки собирает: если курить, то не так есть
хочется. И вдруг слышит - паровоз гудит. Вспомнил Коська - на вокзале давно
не был. Как же это он забыл? Ведь на вокзале можно и копеечек пострелять, и
вещи кому снести пособить.
Собрал последние силенки - побежал на вокзал. А там как раз поезда
ждут. Начальник станции вышел: стоит у фонаря, ногу выставил, белыми брюками
фасон наводит. Пассажиры гуляют по платформе, тетеньки белыми платочками от
жары обмахиваются.
Коська скорее руку лодочкой сложил, юркнул в толпу, заканючил:
- Добрые граждане, подайте сироте на пропитание...
Люди идут, мимо проходят, на Коську даже глядеть не хотят. А другой,
если почище одет, взглянет, да и обойдет, эдак поморщившись. Не запачкаться
бы.
Тут было Коське пофартило. Видит, идет девушка. Лицо доброе, смеется
будто бы. И в руках у нее целая охапка черемухи.
Коська к ней:
- Милая барышня, будьте такая добренькая. Подайте сироте на кусочек.
Она сразу остановилась, в сумочке стала рыться. Видит Коська -
гривенник достает. И уж руку протянул, а гривенник тюк-звяк - и на
платформу. Прыгнул раз-два, покатился - и в щель.
- Ну, доставай, - смеется девушка. - Твое счастье.
Только соскочил Коська с платформы, только хотел под настил сунуться,
слышит - грохот, звон, паровоз гудит: поезд подходит. Нет, надо скорей
назад, - гривенник не убежит, а тут более важные дела прозеваешь.
Выскочил, а уж на платформе черт-те что делается. Шум, звон, дым.
Коська скорей к вагонам. Теперь милостыньку просить нельзя. В такой
суматохе самый добрый человек за кошельком в карман не полезет.
Коська по другой лавочке. Это он тоже может. Он за вещи - за мешки,
сундучки, корзинки - хватается.
- Позвольте донесу, дяденька.
А дяденьки отмахиваются:
- Сами дотащим. Иди лучше буржуазию поищи.
А буржуазия - та носильщиков с бляхами ищет. Да и не поднять Коське
ихних буржуйских чемоданов.
Обиделся Коська. Расстроился. И тут ничего не вышло.
"Эх, - думает, - лучше побегу гривенник искать".
Полез опять под настил. Но где же его тут найдешь, гривенник. Даже и
места он не помнит, где гривенник этот упал.
Ползал Коська, ползал, все коленки изодрал. Только и нашел, что окурков
несколько штук да огрызок яблочный не очень маленький. Огрызок съел, окурки
за уши запихал, хотел вылезать. И вдруг видит - ремешок.
Висит, болтается, свесился с платформы узенький сыромятный ремешок. И
пряжка на нем блестит железная.
Не подумал даже Коська, что это за ремешок и откуда он тут взялся.
Цапнул



Назад